Тайдзицюан Център Ба Лин

Материалът е по източници от Интернет
taiji-bg.com Taijiquan Center Ba Lin

The document is from Internet sources



Проблема истоков тайцзицюань

Андрей Милянюк

 

Мастер

Чжан Санфэн

 

Вопрос о возникновении искусства тайцзицюань, очень популярного сейчас во всем мире, вызывает множество споров в среде его почитателей. Это не удивительно, так как серьезных исторических исследований крайне мало. Те же материалы, которые до сих пор появлялись в печати, чаще всего подготовлены людьми, не знакомыми с методологией исторического исследования, к тому же многие из них подвержены серьезному влиянию своей принадлежности тому или иному стилю этого искусства. Как сказал в беседе с автором ведущий историк в области ушу, директор главного архива Пекинской академии ушу профессор Кан Гэу, трудно сказать, чего больше, вклада или путаницы внесли первые популяризаторы знаний о ушу и особенно о тайцзицюань, такие, например, как Тан Хао и его сподвижники.

  Имея на руках очень небольшое количество материалов, источников, полагаясь часто только на догадки, они создали целый ряд не подтвержденных фактами схем развития различных направлений ушу, которые, однако, распространились не только в Китае, но и за его пределами. По словам Кан Гэу, настало время серьезного подхода к исследованию проблем возникновения и развития ушу, пересмотра всего, что было сделано раньше. Конечно же, в первую очередь, это касается широко распространившегося по всему миру искусства тайцзицюань.

  Споры о происхождении тайцзицюань стали вестись, впрочем, не так давно – еще в 20-30х годах нашего столетия единства во мнениях было гораздо больше. При этом споры стали возникать не между патриархами школ, а между их последователями, начавшими борьбу за сферы влияния. Образовались два лагеря, в одном – представители тайцзицюань стиля Чэнь, в другом – представители всех остальных стилей этого направления. В данном исследовании ставится цель предпринять пока только предварительный анализ имеющихся в нашем распоряжении фактов. Мы попытаемся представить доводы сторон, давая читателю возможность самому оценить их убедительность. Основной вопрос и яблоко раздора – кому же в действительности принадлежит авторство создания столь уникального кулачного искусства с очень специфичной боевой техникой? По тому, как на него отвечают, можно определить принадлежность собеседника к тому, или иному лагерю. Начнем наш обзор с версии, согласно которой тайцзицюань стиля Чэнь - наиболее древний. Именно эта версия на протяжении долгого времени после создания КНР считалась официальной.

Мастер

Ян Лучань

Версия сторонников создания тайцзицюань мастером Чэнь Вантином

  Те, кто изучает стиль Чэнь, основываются на версии Тан Хао и Гу Люсиня, начавшей формироваться в начале 30-х годов нашего ХХ века. Они расскажут вам примерно следующее. Тайцзицюань стиля Чэнь наиболее древний и берет свое начало в провинции Хэнань, в деревне Чэньцзягоу, от известного мастера кулачного искусства Чэнь Вантина (1600-1680), жившего там в конце династии Мин – начале Цин. Относительно фактов его существования и истории самого клана Чэнь обычно ссылаются на следующие источники: “Семейные хроники клана Чэнь” (Чэнь ши цзя пу), “Историко-географическое описание уезда Вэньсянь” (Вэньсянь сяньчжи) “Сборник реестров Чжунчжоу” (Чжун чжоу вэньсянь цзи), “Рисунки и комментарии к тайцзицюань клана Чэнь” (Чэнь ши тайцзицюань тушо) с “Генеалогией клана Чэнь”

  (Чэнь ши цзя чэн) Чэнь Синя,“336 родословных кулачного искусства” (Сань сань лю цюань пу), два трактата, приписываемые самому Чэнь Вантину “Собрание речитативов из “Трактата кулачного искусства” (Цюань цзин цзун гэ) и “Высказывания о длинном и коротком [оружии]” (Чан-дуань цзюй), два трактата Чэнь Чансина “Суждение о десяти главных требованиях к тайцзицюань” (Тайцзицюань ши да яо лунь) и “Речения о требованиях к ведению боя” (Юн у яо янь). Кроме письменных источников, определенного рода историческими свидетельствами являются старинные изображения, предметы, надгробные стелы. Сведения, содержащиеся во всех этих источниках, весьма отрывочны, а это допускает самые разные их толкования. Защитники чэньской версии обязательно упомянут, что именно под руководством Чэнь Вантина велась успешная борьба с бандами разбойников в Хэнани и Шаньдуне, наводнившими эти провинции. Сославшись на “Летопись семей клана Чэнь” сообщат, что он начал борьбу даже со своим бывшим другом Ли Цзиюем, выступившим на стороне местных помещиков, боровшихся против непосильных налогов Минского двора. С командиром отряда Ли Цзиюя - Цзян Фа, Чэнь Вантин сразился у входа в лагерь восставших и то, не выдержав боя, бежал с такой скоростью, что его невозможно было догнать и на лошади. Впоследствии, Ли Цзиюй сдался на милость захватившей власть в стране маньчжурской династии Цин и был казнен со всей своей семьей, а Цзян Фа пошел в услужение к Чэнь Вантину и стал его учеником. На рисунке, сохранившемся в семье Чэней, именно он изображен рядом с уже пожилым Чэнь Вантином. И совсем уже на склоне лет, удалившись от дел, Чэнь Вантин в свободное от вспашки земли и чтения даосского алхимического трактата “Хуантин цзин” время создал особый вид кулачного искусства, названный впоследствии (в середине ХХ в.), “тайцзицюань”.

   В наследие Чэнь Вантина включается обилие самых разнообразных техник боя, из которых были составлены несколько одиночных и парных комплексов. Обычно перечисляют следующие: пять комплексов тайцзи (тайцзи у лу), один – “взрывных ударов” (паочуй), 108 форм “длинного кулака”, (108 ши чанцюань), комплексы с мечом-дао, мечом-цзянь, копьем-цян, палкой-гунь, металлическим жезлом-цзянь, крюком-гоу, топором-фу, палкой с серповидным лезвием-лянь, трезубцем-ча, пикой с когтями-ба. Кроме того, называются также парные техники спарринга “клейкое копье” (чжаньцян), “восемь [применений] шеста” (ба гань), “бой концом шеста” (ганьшао дуйда). Сторонники данной версии приписывают Чэнь Вантину и создание такого специфического вида тренировки внутренней силы, как “толкание руками” (туйшоу). Основанием для этого им служит употребленное в трактате Чэнь Вантина сочетание иероглифов (чжу – все, каждый) и (као - опираться), которое трактуется как “приставленные друг к другу предплечья” и наличие техники “клейкого копья”, так как одной из основных особенностей боя в тайцзицюань является применение “прилипания-увода” (цзоу-нянь ). Важнейшей отличительной чертой ударной техники стиля Чэнь является принцип “спиралевидного раскручивания” (чаньсы ) внутренней силы-цзинь. Принцип этот выработан на базе техники использования копья и палки, которые служили в качестве основы всего воинского искусства у генерала Ци Цзигуана. А именно его трактаты тщательно изучал Чэнь Вантин, создавая свои комплексы, львиную долю которых также составляли так называемые “длинные” виды оружия. “Сила спиралевидного кручения” (чаньсыцзинь) не применяется в остальных стилях тайцзицюань, чья техника, видимо, не связана с системой Ци Цзигуана и в основном использует методику “ближнего боя” (дуаньда) с малой амплитудой движений (сяо цзя), в отличие от традиционно чэньских “широко амплитудных” форм (да цзя). Принципами тайцзицюань, едиными для всех школ данного направления и, конечно же, для стиля Чэнь являются: “мягкостью преодолевать жесткость”, “движения округлые и без разрывов”, “покоем преодолевать движение”, “в покое выжидать движение [противника]”, “позже отвечать – раньше достигать”, “медленностью контролировать быстроту”, “использовать сознание, не использовать силу”, “малым контролировать большое”, “четырьмя лянами сдвигать тысячу цзиней”, “вынуждать противника проваливаться в пустоту”, “входя в контакт прилипать и неотрывно следовать” и т.д. Базой всей техники являются так называемые “тринадцать позиционных основ” (шисань ши), включающие в себя “восемь способов” использования внутренней силы-цзинь(ба фа) и “пять действий ног” (у бу).

Мастер

Ян Баньхоу

   Несмотря на то, что “искусство Чэнь Вантина передавали из поколения в поколение”,

   большая часть его наследия была утрачена, и к появлению на свет в роде Чэней такой личности, как Чэнь Чансин (1771-1853), в арсенале клана остались только один комплекс тайцзи (который назвали “первым комплексом” (и лу)) и комплекс “паочуй” (который получил название “второго комплекса” (эр лу)). Чэнь Чансину было суждено сыграть особую роль в том, чтобы искусство клана распространилось далеко за его пределами. По данным последователей этой версии, в клан Чэней в качестве батрака случайно попал некий сын угольщика Ян Лучань, который, стремясь постичь кулачное искусство клана, тайно подглядывал за тренировками, а потом в одиночестве отрабатывал увиденное. За этим занятием его однажды вечером и застал сам мастер Чэнь Чансин.

   Ян Лучань честно во всем признался, а Чэнь Чансин, простив преступление, сделал его своим учеником. Выучившись, в прошлом бедный батрак Ян Лучань попадает, со временем, в столицу. После множества поединков с самыми известными мастерами, он получает прозвище “Ян, не имеющий противников” и начинает преподавание при императорском дворе. Так как представители знати были сильно изнежены и помышляли только о своем здоровье, им было трудно выполнять “взрывную” технику, прыжки и подскоки. По этой причине Ян Лучань видоизменил многие движения, упростил их и придал им более оздоровительный, нежели боевой смысл, при этом из-за его неграмотности поменялись и названия форм, став более “даосскими” по смыслу. С этого как бы и начался, доработанный впоследствии внуком Ян Лучаня - Ян Чэнфу, оздоровительный стиль клана Ян. Сам же Ян Лучань и его сыновья продолжали тайком практиковать “паочуй” семьи Чэнь. Кроме того, к Чэнь Чансину ездил проситься в ученики тренировавшийся у Ян Лучаня еще в Хэнани некто У Юйсян, в будущем – основатель стиля У тайцзицюань. Однако, по причине глубокой старости, Чэнь Чансин уже не смог его учить, и тому пришлось отправиться к его родственнику Чэнь Цинпину(1795-1868) в поселок Чжаобао, где он и прошел дополнительный курс обучения искусству тайцзицюань. Изучал он там “новую ветвь” (синь цзя) стиля Чэнь, которая берет свое начало от такого представителя клана Чэнь, как Чэнь Юбэнь, ее еще иногда зовут “новая ветвь Чжаобао” (чжаобао синь цзя по названию поселка, где проживал его племянник Чэнь Цинпин. К этой же ветви как в родственном, так и в “кулачном” отношении принадлежал и самый знаменитый теоретик стиля Чэнь, Чэнь Синь (1849-1929), написавший в начале ХХ века ряд работ по тайцзицюань. Кто в это время преподавал “старую ветвь” (лао цзя) и преподавалась ли она кем-нибудь вообще в деревне Чэньцзягоу кроме Чэнь Чансина, его сына и внука, прослеживается не четко.

   Еще один стиль У тайцзицюань, с другим фамильным иероглифом, был создан У Цзяньцюанем (1870-1942), сыном офицера охраны императорской семьи – Цюань Ю (1834-1902), который также учился у Ян Лучаня и у его сына Ян Баньхоу (1837-1892) (у Ян Баньхоу учился впоследствии и сам У Цзяньцюань). Несмотря на то, что изучали они по роду службы не “оздоровительный”, а “боевой тайцзицюань” - так называемую “малоамплитудную” (сяо) или “скоростную” (куай) форму, движения (и их названия) стиля У, как, впрочем, и движения стиля У У Юйсяна, все равно не имеют ничего общего со стилем Чэнь. То же можно сказать и о самом последнем стиле тайцзицюань – стиле Сунь, созданном известным мастером кулачных искусств синъи и багуачжан, Сунь Лутаном. Сунь Лутан учился тайцзицюань у мастера Хао Вэйчжэня (1849-1920) по линии У Юйсяна.

  И вот, наконец, в 1928 году в Пекин приехал потомок Чэней по линии Чэнь Чансина мастер Чэнь Факэ (1887-1957), который к концу жизни создал там “Общество изучения стиля Чэнь” и привлек к своему искусству большое внимание, получив признание в кругах мастеров ушу. Наиболее известные сейчас патриархи стиля Чэнь тайцзицюань все являются учениками Чэнь Факэ. Вот вкратце версия сторонников Чэнь Вантина как создателя тайцзицюань, она довольно четкая и конкретная. Посмотрим теперь, какова версия их оппонентов, не связывающих истоки тайцзицюань со стилем Чэнь. Их история гораздо более долгая и запутанная.

Мастер

Ян Чэнфу

Версия сторонников “даосского” происхождения тайцзицюань

  Прежде всего сразу всплывает овеянное легендами имя святого отшельника -даоса Чжан Саньфэна, искавшего бессмертия в горах Уданшань. Но не только его одного. Представители всех остальных стилей тайцзицюань выделяют несколько линий возможного происхождения этого искусства. Наиболее ранним из известных учителей, преподававших кулачное искусство с названием тайцзицюань, был некий Чэн Линси, выходец из уезда Шэсянь провинции Аньхуй. Кулачное мастерство он, в свою очередь, получил от господина Хань Гунъюэ, сведений о котором не сохранилось. Что же касается самого Чэн Линси, то он был реальной и очень известной личностью периода Южных и Северных династий (Нань-бэй чао), во времена правления династии Лян (502 - 557).

 

  Этот человек не только сам практиковал тайцзицюань, но и обучал ему весь командный и рядовой состав подчиненных ему отрядов местной самообороны. Во время мятежа Хоу Цзина, когда вся провинция Аньхуй была сожжена дотла, только уезд Шэсянь оставался нетронутым, так как мятежники, зная о высочайшем кулачном искусстве тамошних бойцов, не смели даже близко подойти к нему.

  Впоследствии, лянский император Юань-ди назначил Чэн Линси начальником всего округа Шэчжоу.На протяжении нескольких династий, вплоть до династии Южная Сун (1127-1279), искусство тайцзицюань передавалось в роду Чэн Линси, пока не пришло к его потомку Чэн Би, также очень известному во всей области человеку.

  Чэн Би был прекрасно образован, имел высшую ученую степень цзиньши и занимал крупные чиновничьи посты. Кроме того, он всю жизнь старался постичь законы всеобщих трансформаций-перемен. Наряду с “Каноном перемен” (И цзин), им изучались еще не утерянные в ту эпоху трактаты “Хранилище черепашьих панцирей” (Гуй цзан) и “Непрерывные горы” (Лянь шань).

  Чэн Би изменил название тайцзицюань на сяоцзютяньфа (метод девяти малых небес) и, посчитав что в комплексе недостаточно приемов с использованием локтей, добавил туда 15 новых приемов. Помимо произведений, толкующих смысл “перемен”, им написаны еще сборник “Воды реки Мин” (Мин шуй цзи) и “Книга девяти малых небес” (Сяо цзю тянь шу). До нашего времени ни одна из этих работ в полном виде не дошла, однако сохранился список названий 15 форм, передававшихся от учителя Чэн Линси – господина Хань Гунъюэ. Эти названия либо совпадают, либо четко корреспондируются с названиями форм тайцзицюань стилей Ян, У, У и Сунь, (т.е. “не чэньского” направления) (37 с.27, 25 с.261-262).

  Другим знаменитым мастером, который передавал это кулачное искусство, считается даосский ученый и поэт Сюй Сюаньпин. Уроженец тех же самых мест, что и Чэн Линси, Сюй Сюаньпин жил в эпоху династии Тан (618-907), дружил и обменивался стихами с великим поэтом Ли Бо, приходившим навещать его уединенное жилище в горах. Он также доработал первоначальный комплекс Чэн Линси, доведя количество форм до 37. Сюй Сюаньпину принадлежат несколько сохранившихся до наших дней трактатов по кулачному искусству. Трактаты следующие - “Речитатив восьми иероглифов” (Ба цзы гэ), “Собрание искренних суждений о 37 формах” (Сань ши ци ши синь хуй лунь), “Суждение о главенствующем использовании цельности тела в 37 формах” (Сань ши ци ши чжоу шэнь да юн лунь), “Суждение о требованиях к 16 звеньям” (Ши лю гуань яо лунь), “Речитатив о применении мастерства” (Гун юн гэ). Содержание трактатов указывает на несомненную связь с современным тайцзицюань. Важнейшим свидетельством этого являются впервые и именно здесь перечисленные “восемь видов внутренней силы-цзинь”, на которых базируется вся боевая техника тайцзицюань, причем уже с делением на “четыре прямые” (сы чжэн) и “четыре диагональные” (сы юй). Говорится о том, что нужно уметь “понимать силу” (дун цзинь). Здесь же впервые появляется знаменитая фраза из четырех иероглифов “чжань, нянь, лянь, суй”, означающая “сцепление, прилипание, неразрывность и следование” и определяющая главный специфический принцип боя в тайцзицюань, а также принцип “четырьмя лянами сдвинуть тысячу цзиней”. Здесь же говорится о том, как должны тренироваться движения 37 форм – “естественно, медленно и непрерывно, подобно долгому течению большой реки”, поэтому иногда это кулачное искусство, как потом и искусство тайцзицюань, называли “кулачным искусством долгих, нескончаемых форм” (чанцюань). Вообще целые куски трактатов Сюй Сюаньпина и все их основные положения можно встретить почти в дословном переложении в поздних классических трактатах по тайцзицюань Ван Цзунъюэ и других. Списки названий 37 форм также сохранились и явствуют о несомненном сходстве названий форм и их порядке с сегодняшним тайцзицюань.

Мастер

У Цзяньцуань

  На тех же восьми видах внутренней силы-цзинь, что и в тайцзицюань, было построено кулачное искусство другого мастера танского времени - Ху Цзин-цзы).

  Оно называлось “методы [боя] на основе принципа хоутянь” (хоутяньфа)и передавалось потом через его ученика Сун Чжуншу к мастеру Инь Лихэну и др. Хотя названия форм отличаются от современного тайцзицюань, много техник с применением локтя, однако способы отработки мастерства одинаковые. Еще один мастер, имя которого называют в ряду тех, кто принимал участие в создании кулачного искусства тайцзицюань - Ли Дао-цзы, по прозвищу Фуцзы Ли. Ли Дао-цзы родом все из той же провинции Аньхуй, хотя и из другого, нежели Чэн Линси и Сюй Сюаньпин, уезда. Жил в эпоху династии Тан, как Сюй Сюаньпин и Ху Цзин-цзы, тоже преподавал 37 кулачных форм, называвшихся либо также чанцюань, либо сяньтяньцюань (по смыслу ближе к названию Чэн Би).

 

  К концу жизни Ли Дао-цзы поселился в горах Уданшань, где всецело отдался постижению секретов бессмертия, которые, как свидетельствуют хроники, позволили ему дожить аж до династии Сун (960-1279). По некоторым источникам именно тогда в Уданских горах стала пестовать пилюлю бессмертия такая овеянная легендами личность, как Чжан Саньфэн. Сведения о Ли Дао-цзы, Сюй Сюаньпине и их системе изложены в трактате XVII в.Сун Юаньцяо “Суждение об истоках мастерства направления тайцзи, передаваемого в клане Сун” (Сун ши цзя чуань тайцзи гун юаньлю чжи пай лунь) и его клановых хрониках, гораздо более древних, чем хроники Чэней из Чэньцзягоу. Сун Юаньцяо был другом Юй Ляньчжоу из клана Юй. Люди не одного поколения этого клана обучались у Ли Дао-цзы его кулачному искусству. После ухода учителя в горы, они на протяжении долгого времени посещали его соломенные жилища, в сунскую эпоху еще было известно о месте его нахождения, а потом его потеряли. Потомок клана Юй – Юй Ляньчжоу встретил в горах неприветливого даоса, с которым померялся силой и не смог его одолеть. Выяснилось, что это был все еще живой Ли Дао-цзы. Позже Юй Ляньчжоу, Сун Юаньцяо и еще пять человек, среди которых был и будущий основатель южного направления тайцзицюань Чжан Сунси и последователь кулачного искусства Ху Цзин-цзы – Инь Лихэн, отправились на поиски Ли Дао-цзы, в результате которых встретили даоса Чжан Саньфэна, пестовавшего в уединении пилюлю бессмертия и также владевшего кулачным искусством тайцзицюань. У него они и начали обучаться, каждый год поднимаясь к нему в горы. Следует пояснить, что мы оставляем в стороне мифологизированные притчи и легенды о Ли Дао-цзы и Чжан Саньфэне, мало кем признаваемые, и лишь пытаемся проследить примерные пространственно-временные линии развития тайцзицюань в изложении сторонников “не чэньской” концепции При этом сама мифологизация того или иного персонажа еще не является причиной для отрицания возможности существования реального прототипа. Интересно, что некоего Фуцзы Ли встречали в горах Уданшань вплоть до династии Мин, но, как выяснилось, это был уже другой человек, но тоже даос и поэт, также живший в отшельничестве и занимавшийся алхимией.

  Итак, кем же был Чжан Саньфэн и какой представляется его роль в формировании тайцзицюань. Несмотря на то, что многие источники пишут о Чжан Саньфэне как о мастере эпохи Сун, его имя как вполне реального и известного человека конца династии Юань (1280-1367) – начала Мин (1368-1644) можно найти в династийных и местных хрониках. В молодости он занимал высокие чиновничьи посты и имел одну из высших ученых степеней цзиньши. Затем на него оказали сильное влияние даосские алхимические трактаты “Бао Пу-цзы” и другие. Он решил оставить службу и посвятить всего себя самосовершенствованию, что и сделал после смерти родителей, по истечению традиционного трехлетнего траура. С двумя отроками Чжан Саньфэн путешествовал по всему Китаю в поисках знаний, пока не достиг горы Хуашань в провинции Шэньси. К этому времени деньги у него кончились, отроки умерли, а сам он был в отчаянии. К счастью, там ему встретился “совершенный человек”, даос по прозвищу “Огненный Дракон” (Хо Лун) (подлинное имя этого реального человека, написавшего целый ряд книг – Цзя Дэшэн). Тот привел его к себе в скит, научил сначала методам укрепления здоровья, а потом уже и даосским методам самосовершенствования. Помимо этого Чжан Саньфэн также начал изучать и искусство тайцзицюань, которому Цзя Дэшэна научил его учитель Чэнь Тунань (другое имя Чэнь Туань, а также почетное имя Чэнь Сии (полученное от самого императора). Это было то же самое искусство, которому обучал Сюй Сюаньпин. Чжан Саньфэн не только прекрасно освоил эту систему, но и обогатил ее эффективной техникой ног. В 67 лет он покинул Цзя Дэшэна, а в 70 лет поселился в горах Уданшань. В таком возрасте обычному человеку было опасно одному путешествовать - уж очень много в ту пору развелось лихих людей, физически сильных и с “проворными” руками. Однако, четырьмя главными принципами “внутреннего” искусства Чжан Саньфэна являлись – 1) “неподвижностью контролировать движение” (и цзин чжи дун), 2) “мягкостью преодолевать жесткость” (и жоу кэ ган), 3) “медленностью побеждать скорость” (и маньшэн куай) и 4) “в одиночку обороняться от толпы” (и гуа юй чжун). Если не работает хотя бы один из этих четырех принципов, то это уже не тайцзицюань, не искусство “внутреннего” направления. То есть, по сравнению с обычным жестким “внешним” искусством, здесь все наоборот.

Мастер

Сунь Лутан

  Именно эта особенность была позже зафиксирована в самом начале цинской эпохи (то есть в то время, когда Чэнь Вантин должен был только приступить к созданию

  тайцзицюань) последователями Чжан Саньфэна по южному направлению тайцзицюань - знаменитым ученым Хуан Цзунси и мастером Хуан Байцзя, который писал: “Высшие достижения “внешнего” направления принадлежат [монастырю] Шаолинь. Чжан Саньфэн постиг его суть в Шаолине, отказался следовать [его принципам] и перевернул их наоборот, назвав это “внутренним” направлением. Достаточно хотя бы немногим из него овладеть и уже можно победить Шаолинь” (37, с.27-29). Помимо чисто оборонительного предназначения, тайцзицюань имел для Чжан Саньфэна еще и другую ценность: это искусство прекрасно восстанавливало функции организма после длительных состояний медитационного забытья, подобных состоянию анабиоза у животных, которые были непременной частью психотехники даосов.

  Чжан Саньфэн был не такой нелюдимый, как, например, Ли Дао цзы (который вообще не любил разговаривать с людьми), поэтому учеников у него было много, особенно среди даосов, для которых тайцзицюань являлся одним из средств достижения их главной цели – бессмертия через психофизическое преобразование.
  С Чжан Саньфэна начался некий новый этап в развитии и распространении тайцзицюань, образовались два его основных направления – северное и южное. Северное направление обычно связывают с именами Ван Цзунъюэ и Цзян Фа, а южное – с целым рядом имен, наиболее знаменитыми из которых являются Чэнь Чжоутун, Чжан Сунси, Е Цзиньцюань, Чжоу Юньцюань, Шань Сынань, Ван Чжэннань, Хуан Байцзя.

  Чжан Саньфэн свел искусство тайцзицюань к уже упоминавшимся “тринадцати позиционным основам” (шисань ши), суть которых в восьми видах применения внутренней силы-цзинь(ба фа) и пяти способах действий ног (у бу); их соотнесение основано по принципу взаимоотношений восьми триграмм и пяти первоэлементов. Несмотря на то, что Чжан Саньфэн продолжал традицию такой плеяды мастеров, как Чэн Линси, Сюй Сюаньпин, Чэн Би, Хо Лун, именно ему приписывают создание того полного набора и той последовательности кулачных форм, которые присутствуют в комплексах современного тайцзицюань.

  Южное направление получило свое развитие в провинции Чжэцзян, граничащей с провинцией Аньхуй. Особенно прославился здесь уездный центр Нинбо, расположенный неподалеку от побережья восточно-китайского моря. В минскую эпоху сюда часто приезжал знаменитый китайский полководец и мастер боевых искусств Ци Цзигуан. Именно сюда для борьбы с участившимися набегами японских пиратов присылались войска и формировалось ополчение. В инструкторский состав войск входили и шаолиньские монахи. Известно, что Ци Цзигуан специально обращался за помощью к верховным наставникам Шаолиньского монастыря и получил одобрение. Нескольким монахам, считавшим себя непревзойденными бойцами, довелось с ужасом и позором испытать на себе “ближний бой “мягкого” Чжана” (мянь чжан дуань да), того самого Чжан Сунси, которому тогда уже было за 70 лет и который в начале эпохи Мин получил свое мастерство по линии Чжан Саньфэна.

  Об этом “мягком” мастерстве с восхищением пишет и сам полководец Ци Цзигуан в своей знаменитой “Новой книге анналов и записей” (Цзи сяо синь шу). О превосходстве “мягкого” искусства над “жестким” писалось в пору, когда считающийся Чэнями создателем тайцзицюань Чэнь Вантин, конспектировавший впоследствии труды Ци Цзигуана, еще не родился. Чжан Сунси, как свидетельствуют источники, был внешне очень щуплым, и никто поначалу не мог поверить в его мастерство “малой силой побеждать большую”, а именно это и является главной особенностью тайцзицюань. Искусство “внутреннего направления” (нэй цзя), идущее от Чжан Сунси проходит через ряд четко фиксируемых поколений большого количества учителей и учеников. В надписи на надгробной стелле умершего в начале маньчжурской династии Цин (1644-1911) известного мастера Ван Чжэннаня (кстати, также отличавшегося худобой и внешней слабостью), сделанной не менее знаменитым ученым того времени Хуан Цзунси, также уже имеет место четко сформулированное противопоставление “внутреннего” уданского направления Чжан Саньфэна и “внешнего” - шаолиньского направления. Об искусстве этого мастера постоянно упоминает в своих произведениях, и особенно в трактате “Методы кулачного искусства внутреннего направления” (Нэй цзя цюань фа), Хуан Байцзя, единственный ученик Ван Чжэннаня, к сожалению, не передавший полученного мастерства другим из-за того, что, занимая высокие чиновничьи посты, все силы отдавал государственной службе. После него южная ветвь тайцзицюань постепенно сошла на нет, остались только письменные трактаты и речитативы с изложением принципов “внутреннего” кулачного искусства, которые полностью совпадают с принципами тайцзицюань. Один из последних ярких представителей этой ветви Гань Фэнчи, перебравшись на север, обучал своему искусству такую значительную фигуру в развитии северного направления тайцзицюань, как Цзян Фа, речь о котором пойдет чуть ниже.

Мастер У Тунань

  У представителей северной ветви тайцзицюань дела обстояли благополучнее. Обычно при упоминании выдающихся представителей этой ветви первым всплывает имя некого Ван Цзуна (более известного по прозвищу Цзунъюэ, человека начала цинской эпохи из бывшей столицы Китая – города Сиань.

  О нем сообщает нам “Черновик истории династии Цин” (Цин ши гао). Однако ряд источников относит его существование уже к сунской и минской эпохам, его даже называют учителем патриархов южного направления Чжан Сунси и Чэнь Чжоутуна.
Многие исследователи полагают, что Ван Цзун и Ван Цзунъюэ – два разных человека, но в цепи одной ветви, ибо одному и тому же человеку невозможно одновременно быть учеником ученика (или самого Чжан Саньфэна) начала династии Сун или Мин и учителем знаменитого Цзян Фа - мастера начала Цин, передавшего впоследствии искусство тайцзицюань клану Чэнь. Указываются и разные местности их происхождения. Но наиболее известен человек по имени Ван Цзунъюэ, именно он оставил после себя целое собрание “Сочинений по тайцзицюань” (Тайцзицюань пу), ставшее впоследствии классическим.

   Одно из них, “Суждение о тайцзицюань” (Тайцзицюань лунь), традиция относит к самому Чжан Саньфэну. Во всяком случае, почти все варианты трактата, хранившегося в разных семьях, имеют так называемый “изначальный комментарий” (юань чжу), в котором говорится о том, что трактат написал Чжан Саньфэн и что это произведение настолько совершенно, что никто из поколений мастеров не смог добавить в него ни иероглифа (52, с.28). Особенно широкое распространение в среде последователей тайцзицюань “не чэньского” направления эти трактаты получили в цинскую эпоху, после того, как некто У Цзиюй обнаружил их полное собрание в соляной лавке, причем уже с “изначальным комментарием”.

   Ван Цзунъюэ был очень образованным, ученым человеком, в поисках знаний любил путешествовать по местам обитания святых и мудрецов. Однажды, посетив даосскую “Золотую кумирню” близ города Баоцзи, где, по сообщениям минской династийной хроники, одно время жил Чжан Саньфэн, он познакомился с даосом, оказавшимся учеником Чжан Саньфэна. У него Ван Цзунъюэ и получил подлинное искусство тайцзицюань. В некоторых источниках указывается даже имя этого даоса - Юнь Ю (9, с.10).

  Что касается мастера Цзян Фа, то здесь тоже многое не ясно. Его также часть исследователей относят к династии Мин, а часть к Цин. Однако почти все сходятся на том, что он был учеником Ван Цзунъюэ. Цзян Фа, как и Ван Цзунъюэ, жил в городе Сиань, где имел мелкое предприятие по производству доуфу, очень популярного в Китае пищевого продукта и был относительно зажиточным человеком. Искусство тайцзицюань он в течении десяти лет постигал у Ван Цзунъюэ, и этому же искусству его обучал Гань Фэнчи - последний из носителей мастерства южной ветви.

 

   Став мастером, Цзян Фа передал свое кулачное искусство жителям поселка Чжаобао уезда Вэнсянь провинции Хэнань, где на протяжении нескольких столетий оно из поколения в поколение передавалось (и в наше время там почти все население занимается тайцзицюань). Цзян Фа слыл почтительным сыном и в конце каждого года возвращался в свою деревню в провинции Хэнань навестить престарелую мать. Однажды, проходя через деревню Чэньцзягоу, он увидел, как могучий рослый мастер Чэнь Чансин обучает своих родственников кулачному искусству “взрывных ударов” (паочуй) шаолиньского направления. Ноги Чэнь Чансина были тяжелы, поясница неповоротлива, вид ужасно свиреп, а на удары он тратил так много сил, что Цзян Фа беззвучно ухмыльнулся, но, почувствовав, что это не совсем прилично, пошел своей дорогой. Ухмылка не осталась не замеченной - Чэнь Чансин бросился вдогонку, чтобы проучить наглеца.

  Когда, отлетев от неизвестной силы на несколько метров, Чэнь Чансин смог подняться и понять, что произошло, то стал уговаривать Цзян Фа стать его учителем. Цзян Фа, увидев его искренность, согласился, но с условием, что к тому времени, как он вернется назад, Чэнь Чансин будет ежедневно по утрам подбирать с земли и откидывать определенным образом самые мелкие камешки, а по вечерам обрывать с деревьев самые тонкие веточки. По возвращении Цзян Фа понял, что ученик старательно выполнял его, казалось бы, нелепые указания – от приседаний и вращений ноги Чэнь Чансина перестали быть “деревянными”, а поясница неуклюжей. Цзян Фа жил в доме Чэнь Чансина пока не научил его тайцзицюань. Появление чужака со своим “мягким” искусством вызвало недовольство в среде клана Чэнь, покусившемуся же на “не свои” традиции Чэнь Чансину было впоследствии даже запрещено преподавать паочуй. Однако прославился Чэнь Чансин именно как учитель тайцзицюань, у которого многие годы изучал это искусство Ян Лучань – один из величайших мастеров Китая, по праву носивший прозвище “Ян, не имеющий противников”. Об этом человеке, появившемся при дворе императрицы Цы Си во второй половине девятнадцатого века, достоверных сведений несколько больше.

Мастер

Чэнь Факэ

  По данной версии, вовсе не из бедной семьи, Ян Лучань вместе со своим односельчанином из уезда Юнняньсянь

  Ли Бокуем, “таща на себе мешки с провизией и серебром”, пришли к опальному Чэнь Чансину специально для того, чтобы учиться тайцзицюань.В то время было уже известно о целебных свойствах этого искусства, а оба юноши были серьезно больны - Ян Лучань страдал от склеромы брюшной полости, а Ли Бокуй – от туберкулеза. Одновременно Чэнь Чансин учил еще двух своих сыновей Чэнь Цзисиня и Чэнь Гэнсиня, но только Ян Лучаню удалось постичь все тонкости и секреты мастерства тайцзицюань. Окончив обучение, Ли Бокуй сначала сопровождал купеческие караваны, а затем был приглашен в провинцию Шаньси преподавать кулачное искусство в одной из религиозных школ. Упор в обучении он делал больше на алхимические аспекты тайцзицюань, которые способствовали “вскармливанию жизни” и обретению долголетия, его даже прозвали “Ли – золотая пилюля” (цзиньдань Ли-цзя).

 

  Что было с ним в дальнейшем, никакой информации не сохранилось. Ян Лучань по возвращении в родной уезд тоже начал преподавать тайцзицюань и пользовался большим успехом. Среди тех, кто хотел у него учиться, был рослый юноша по имени У Юйсян, представитель одного из самых могущественных в уезде Юнняньсянь кланов.

  Его несколько братьев имели ученую степень цзиньши и занимали высокие чиновничьи посты в разных областях Китая. Их семью за пристрастие к боевым искусствам прозвали “семейством ушу” (ушу шицзя). У Юйсян раньше пытался заниматься ушу, но толку от тренировок не было. Ян Лучань сомневался в его способностях, к тому же ему не нравился заносчивый самонадеянный характер этого очень влиятельного человека. Он поручил своему сыну Ян Баньхоу обучать его, тем более, что именно У Юйсян давал Ян Баньхоу уроки по общеобразовательным предметам, но тому это тоже было не в радость. У Юйсян не добился каких либо существенных успехов и решил, что причина этому – скрытность и предвзятость к нему Ян Лучаня и его сына. На самом деле, как считали Яны, ему долгое время не удавалось правильно расслабиться. У Юйсян отправился в уезд Уянсянь, главой которого был его старший брат У Чэнцин и, получив у него рекомендательное письмо, поехал в деревню Чэньцзягоу к учителю Ян Лучаня Чэнь Чансину, которому в ту пору уже исполнилось 82 года. Чэнь Чансин не стал учить У Юйсяна, а так как больше в деревне никто тайцзицюань не преподавал, ему пришлось поехать в поселок Чжаобаочжэнь, где также имелись ученики Цзян Фа. Кроме того, туда перебрался после женитьбы и родственник Чэнь Чансина Чэнь Цинпин, которого тот одно время обучал своему искусству. У Юйсян проучился у Чэнь Цинпина один месяц и вернулся домой, объявив всем, что полностью постиг секрет тайцзицюань. Свое искусство он впоследствии передал племяннику Ли Июю, тот Хао Вэйчжэню (другое имя Хао Хэ), Хао Вэйчжэнь своему сыну Хао Юэжу (1877 - 1935) а также мастеру багуачжан и синъи Сунь Лутану, который создал на базе своих знаний тайцзицюань стиля Сунь. Первоначальное искусство У Юйсяна стало потом именоваться стилем У.

Мастер

Дун Ин Цзе

  Но на этом история взаимоотношений Ян Лучаня и У Юйсяна не закончилась.

  На южной заставе уезда был буддийский храм, с одним из монахов которого У Юйсян вступил в непримиримую личную вражду, однако он не решался открыто выступить против, так как грозный монах в совершенстве владел шаолиньским кулачным искусством. Тогда У Юйсян спровоцировал бой монаха с Ян Лучанем, которого монах атаковал со всей свирепостью. Ян Лучань контратаковал ударом “баньланьчуй” в грудь - в результате монах получил тяжелую травму и вскоре умер. Людей, поддерживавших связь с монахом, было очень много, и все они вместе с другими монахами из монастыря потребовали привлечения Ян Лучаня к судебной ответственности. Ян Лучань был очень уважаемый человек и дело приобрело большой резонанс в обществе.

   У Юйсян, чтобы не “потерять лицо”, перевез Ян Лучаня и двух его сыновей в столицу, где в центральном ведомстве наказаний служил один из его старших братьев У Жуцин; именно он со своим сослуживцем по фамилии Чжан взялся уладить дело. У Юйсян же задействовал свои связи в уезде. Младший брат господина Чжана по имени Фэнци был просто помешан на кулачном искусстве и Ян Лучань был приглашен к ним в семью в качестве учителя. Семья Чжанов была крупным собственником в известном районе Пекина Сыванфу, где пользовалась доброй славой мецената бесплатных учебных заведений и столовых для бедных.

Мастер

Хунь Цзюньшэн

  В этом же районе располагалась лавка соевых пряностей под названием “Небесный промысел” (тянь и),

   ежедневно поставлявшая свою уникальную продукцию прямо к столу самой императрицы Цы Си. Главный кулинарный мастер лавки Хоу Дэшань вместе с членами семьи Чжанов учился у Ян Лучаня кулачному искусству, он и Фэнци делали большие успехи. Однажды, после охоты в горах Сяншань, в дом Чжанов заехал один из самых крупных вельмож маньчжурского двора князь Цзай И, он руководил тремя главными округами “знаменных” войск, отличался крутым нравом и отменным воинским искусством. Увидев необыкновенное мастерство Ян Лучаня, Цзай И захотел, чтобы учитель начал преподавание при дворе в специальной резиденции Дуаньванфу, где в то время преподавали самые известные мастера Китая.

  Семейство Чжанов не захотело отдавать своего учителя, что привело к сильному конфликту, о котором сразу стало известно при дворе. Пришлось вмешаться самому принцу-регенту И Сюаню. В результате стороны пришли к следующему решению – половину каждого месяца Ян Лучань преподает в Дуаньванфу, в это время его сыновья обучают семью Чжанов, а оставшуюся половину месяца наоборот, Ян Лучань возвращается к Чжанам, а сыновья перемещаются в Дуаньванфу.

Мастер Фэн Чжицян

  В придворной резиденции существовало особое подразделение под названием “лагерь священного искусства” (Шэньцзиин), руководил которым все тот же Цзай И.

   Именно здесь собрались и вели преподавание такие великие мастера ушу, как основатель стиля багуачжан Дун Хайчуань, крупнейший мастер стиля синъи Го Юньшэнь, мастер рукопашного боя семьи Юэ (юэши саньшоу) Лю Шицзюнь, знаменитые мастера борьбы шуайцзяо Чжоу Дахуй, Да Сянцзы и другие. Вскоре, после многочисленных поединков, Ян Лучань получил прозвище “Ян, не имеющий соперников” (Ян у ди) и был назначен главным инструктором всего “лагеря священных искусств”.

   Однако многие относили непобедимость Ян Лучаня не столько к его непонятной “мягкой” технике, как к неким ему одному присущим сверхспособностям и потому решили испробовать его сыновей. Но после того, как старший сын Ян Баньхоу продемонстрировал почтенной публике уже свои невероятные способности, сомнения отпали и прозвище “не имеющие соперников” стало распространяться на всю семью Ян Лучаня. Весть о непобедимых мастерах быстро распространилась далеко за пределами Дуаньванфу.

Мастер Ян Чжендо

  Младший брат Цзай И – Цзай Чжи из восточной императорской резиденции (Дуаньванфу была западной) с трудом уговорил брата разделить свои полмесяца еще на пополам, чтобы Ян Лучань и его сыновья преподавали и у него.

   Так Ян Лучань с сыновьями попеременно преподавали в трех самых элитных местах. Особые гвардейские подразделения в Дуаньванфу строились на основе так называемых знамен с различиями по национальной принадлежности: здесь были маньчжурские, монгольские и китайские части. Система дворцовой охраны и телохранителей строилась по такому же принципу. Специальную подготовку у Ян Лучаня прошли три сильных мастера – маньчжур Лин Шань, монгол Цюань Ю и китаец (ханец) Чжу Ваньчунь.

 

  Это были охранники, постоянно сопровождавшие членов императорской семьи на выездах. Когда занимавшиеся у Ян Лучаня родственники императора в тренировочных поединках стали расшвыривать их словно каучуковые шарики, а при дворе стали шутить – кто же кого охраняет, Ян Лучань взялся отдельно с ними позаниматься, пообещав, что через три года с ними уже никто не справится. Впоследствии эти три человека стали учениками Ян Баньхоу, однако лишь Цюань Ю смог реально передать полученное им мастерство.

 

   Его сын Цзяньцюань, до Синьхайской революции 1911 года также служивший в дворцовой охране, а потом принявший китайский фамильный знак У, создал на базе малоамплитудной боевой формы (сяоцзя) семьи Ян стиль У тайцзицюань.
   Дальнейшее развитие искусство тайцзицюань получило больше через сыновей Ян Лучаня и его внуков Ян Шаохоу, Ян Чэнфу, а также по линии стиля У мастера У Цзяньцюаня, линии стиля У мастера У Юйсяна и линии стиля Сунь мастера Сунь Лутана, о которых говорилось выше. К сожалению, сановные и великосветские ученики Ян Лучаня хотя научились сами, а некоторые даже передали кулачное искусство своим детям, не держали школ и не занимались распространением традиции, что не могло не сказаться на числе ее подлинных носителей.

   Хотя, конечно же, появилось большое количество боковых ветвей, о которых в данной работе нет возможности говорить подробно. Сразу после свержения монархии кулачному искусству вообще и тайцзицюань в частности был придан статус общенародного национального достояния, правительство поддерживало и даже частично финансировало создание разного рода ассоциаций и обществ ушу. Наиболее видные места в них стали занимать мастера тайцзицюань Ян Шаохоу, Ян Чэнфу, У Цзяньцюань и другие, внесшие большой вклад в дело популяризации и распространения данного направления. К этому времени относится и проведение первых крупных всекитайских научных конференций по тайцзицюань,

 

   участие в которых принимали только представители разного рода обществ “не чэньского” направления, так как со стилем Чэнь в то время еще никто не был знаком. Знакомство это произошло только в тридцатых годах после появления в 1928 году в Пекине Чэнь Факэ – мастера паочуй и потомка Чэнь Чансина, формировшего свой собственный стиль на соединении паочуй с “внутренним” наследием прадеда.

   Чэнь Факэ открыто признавал, что то, что он преподает, является в основе своей паочуем и принимал участие в конференциях без права официального голоса. О том, что стиля Чэнь от Чэнь Вантина никогда не существовало, прямо заявлял и Чэнь Синь, единственный в клане Чэнь глубоко образованный человек, написавший ряд работ о тайцзицюань, живший в нищете и одиночестве в деревне Чэньцзягоу.

  После его смерти эти работы были изданы с грубыми вставками и добавлением к названию книги “Разъяснения схем тайцзицюань” словосочетания “клана Чэнь”. А потом, борцы с “феодальными пережитками” Тан Хао и Гу Люсинь, занимавшиеся стилем Чэнь, на гребне внедрения в новом Китае материалистического мировоззрения создали и с помощью госпропаганды распространили более “логичную” версию о создании тайцзицюань Чэнь Вантином. Вот, в общем, о чем говорят и пишут противники версии Тан Хао и Гу Люсиня, особенно активизировавшиеся в последнее время, когда “культурная революция” осталась далеко в истории.